История системы перспективы в изобразительном искусстве

Уважаемые посетители сайта Студия VITA! Эти книги по искусству Вы можете купить.

Во время Возрождения родилось учение о перспективе, и художники обрели возможность передачи пространства и заполняющих его предметов в полном соответствии со зрительным восприятием.
Как видно из этого конспективного изложения, основная идея такого понимания истории развития способов передачи пространства на плоскости изображения сводится к тому, что попытки передать свои зрительные впечатления на рисунке удались не сразу, и долгий путь: Древний Египет — античность — Возрождение — говорит о постепенном нахождении правильного метода. При этом предполагается, что все художники решали в своих произведениях одну и ту же задачу — передачу зрительного восприятия пространства на плоскости, задачу трудную и поэтому решенную не сразу.
Перед художниками разных эпох ставились различные задачи, которые решались разными способами. Более того, эти способы были каждый раз оптимальными, и поэтому искусство Древнего Египта, искусство античности и эпохи Возрождения не являют собой последовательных этапов развития, а стоят рядом, как равноценные (речь идет, конечно, только о пространственных построениях).

В Древнем Египте задачей художника вовсе не была передача на плоскости собственного зрительного восприятия. От него требовалось передать истинные, объективные формы изображаемых предметов и фигур, существующие независимо от наблюдателя и поэтому общие для всех людей. Возможно, это связано с тем, что в Древнем Египте еще не было того эгоцентризма, который возник позже. «Мы» было важнее «я». Могут быть, конечно, и другие объяснения, но непреложным фактом остается то, что египтяне передавали в своих художественных произведениях геометрию объективного пространства. А оно может быть передано лишь на чертеже, который никак нельзя рассматривать как первый шаг на пути к перспективному изображению. Таким образом, становится понятным плоскостной характер египетского изобразительного искусства — любой чертеж имеет плоскостной характер. Если бы сегодня поставить перед художником, в совершенстве владеющим всеми перспективными премудростями эпохи Возрождения, задачу изобразить не видимое (как он привык), а объективное пространство, ему бы не удалось придумать ничего лучше того, чем владели в свое время египтяне. Это был предел совершенства.
Аналогичная картина наблюдается и при рассмотрении античного искусства, в котором царствовала аксонометрия. Очевидно, что аксонометрия не является результатом постепенного развития древнеегипетского искусства, это революционный переход, связанный, скорее всего с революционным переходом от «мы» к «я». Первоначально представлялось важным изображение отдельных, сравнительно небольших предметов, ближайшего окружения человека. Но, как было показано в книге, в таких случаях наиболее адекватные зрительному восприятию результаты дает обращение к безошибочной «королеве перспективных систем» — аксонометрии. Поэтому наблюдаемое в ту эпоху повсеместное использование аксонометрии в качестве основы пространственных построений совершенно естественно. Она лучше, чем ренессансная система перспективы, передает видимую геометрию очень близких к человеку областей пространства. Неудивительно, что художники и сегодня обращаются к ней: например, портретисты, не используя в своих работах перспективных сокращений. Как видно, современные художники тоже предпочитают античный способ передачи пространственности как лучший, когда перед ними стоят те же задачи, что стояли и перед их далекими предшественниками, — передать на плоскости изображения зрительное восприятие очень близких предметов. Если сделать это по ренессансным правилам, они выглядели бы совершенно неестественно.

Запись опубликована в рубрике Культура, философия, психология искусства с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий